БОГИ РАЗДВИГАЮТ НЕБЕСА

На бытовом уровне космические объекты и явления получают различные — подчас самые невероятные — объяснения и наименования. В разных областях России одни и те же

созвездия и светила именовались людьми по-разному. Так,

этнографам и лингвистам за последние два века (в основном

в дореволюционное время) удалось зафиксировать не менее 20

названий для Млечного Пути (Гусиная Дорога, Птичий Путь,

Дорожные Звезды, Мышиные Тропки, Пояс, Коромысла, Становище и др.); 52 — для Большой Медведицы (Арба, Воз,

Волосыня, Волчья Звезда, Горбатый Мерин, Кичиги, Ковш,

Кола, Колесница, Лось, Ось, Мосеев Палец, Семерка, Телега,

Ярмо и др.); 37 —для Плеяд (Бабы, Гнездо, Ключи Петровы,

Кочка, Курица с цыплятами. Лапоть, Осье Гнездо, Решето,

Сито, Стожары, Улей, Утиное гнездо. Уточка и др.); 21 — для

Ориона (Аршинчик, Грабли, Девичьи Зори, Коряга, Петров

Крест, Старикова Тросточка, Три Царя и др.); 18 — для

Венеры (Блинница, Вечерица, Вечерняя Звезда, Зарянка, Утреница, Утренняя Звезда, Чигирь-Звезда и др.); 9 — для Полярной звезды (Кол-Звезда, Небесный Кол, Полночная Звезда, Полярка, Прикол-Звезда, Северная Звезда и др).

Такой же разнобой у других народов. Причем иногда доходит до курьезов. Практически у всех народов Земли Полярная звезда ассоциируется с Севером. И лишь у одного народа — чеченцев — она именуется Южной. Объяснение этому

очень простое: если

^ААД^А^ДВ. тр»тйА4^и<»^ повернуться к Полярной звезде спиной, она показывает дорогу на Юг.

Единообразие в астронимах наступает лишь с утверждением господства

какой-либо религиозной или научной картины мира.

Русские ученые

книжники до XVIII

века отдавали преимущественно византийской традиции, где планеты

назывались по именам древнегречес

Ч»((>ТАА^ИЕ«ГЪ;

( После Петровских реформ в России возобладала европейская научная традиция: названия планет,

звезд и других космических объектов стали такими, как и

сегодня (впрочем, современные астронимы также имеют в основном греко-римское происхождение) (рис. 5).

В древности главным регулятором и унификатором космических вопросов была религия. Жрецы и священнослужители

долгое время оставались безраздельными монополистами и в

отправлении культа, и в вынесении вердиктов по части «небесных дел». Они были хранителями тайных для непосвященных астрономических знаний, занимались предсказанием и

толкованием небесных явлений. Именно такой путь прошли

многие «звездные цивилизации» — шумерская, египетская,

вавилонская, китайская, индийская, ацтекская, майя, доинкская, инкская и др.

Много было несхожего в космических идеях Древности. Но

много было и общего. Казалось бы, что может дальше отстоять

друг от друга по времени и менталитету, чем русское и древнеегипетское мировоззрения. Но нет! И между ними протянуты

невидимые связующие нити. Общее обнаруживается и в имени одного из языческих Солнцебогов: у русских это — Хоре,

у египтян — Хор (Гор); и в звездах на куполах храмов:

только у египтян они размещались на внутренних сводах, а у

русских — на внешней стороне. При

созерцании рукотворных звезд верующими биение их сердец накладывалось на ритм Вселенной.

Наиболее же показательным проявлением общих черт в различных

направлениях и временных срезах

космического мировоззрения являются представления о Земле и Небе.

Небо на протяжении многих веков и

тысячелетий вообще выступало синонимом Космоса — ив бытовом, и

в философском и в научном плане.

Античные и средневековые космологические трактаты долгое время традиционно именовались «О небе» —

по образцу главного труда Аристотеля, посвященного астрономии.

Но сначала скажем, что мы называем небом и в скольких значениях

употребляем [это слово], дабы пред

Рис. б. Мраморная мет нашего исследования стал для

фигурка Великой Богини нас яснее. В одном смысле мы называ(Греция, ок. 6000 г. до н. э.) ^ небом субстанцию крайней сферы

Вселенной или естественное тело, находящееся в крайней сфере

Вселенной, ибо мы имеем обыкновение называть небом прежде

всего крайний предел и верх [Вселенной], где, как мы полагаем,

помещаются все божественные существа. В другом смысле —

тело, которое непосредственно примыкает к крайней сфере

Вселенной и в котором помещаются Луна, Солнце и некоторые

из звезд, ибо о них мы также говорим, что они «на небе». А еще

в одном смысле мы называем Небом [все] тело, объемлемое

крайней сферой, ибо мы имеем обыкновение называть Небом

[мировое] Целое и Вселенную. <...> Одновременно ясно, что вне

Неба равным образом нет ни места, ни пустоты, ни времени...

Аристотель. О Небе.

Традиция сохранялась на протяжении всей истории развития науки. Классический трактат Иммануила Канта, который увидел свет в 1755 году и дал толчок космогоническим,

исследованиям на собственно научном уровне, именовался

«Всеобщая естественная история и теория неба». А в прошлом

веке крупнейший французский ученый и популяризатор науки Камиль Фламмарион (1842—1925) озаглавил один из

наиболее известных своих астрономических трудов «История

По сторонам ее нарисованы двенадцать фигур Зодиака, причем на созвездии Весов

изображено Солнце в виде

кружка. Над ним на голове Девы... двурогая Луна.

Около Девы же над рукой фигуры изображен демотическим письмом...

Марс. Выше его над головой Льва помечены Юпитер и Сатурн. Между Весами и Скорпионом помечен Меркурий, между

Скорпионом и Стрельцом ...

Земля также всегда считалась важнейшим и равноправным

партнером Неба. Их брачный союз, собственно, и порождает

Космос во всем его богатстве и разнообразии. У шумерийцев

даже существовало неразрывное понятие ан-ки — Небо-Земля. С момента священного брака Земли и Неба космическая

эволюция приобретает упорядоченную направленность, порождая наряду с неисчерпаемым многообразием Вселенной и

поколения различных Богов. Последние обычно тотчас же

вступают в непримиримую и изнурительную борьбу за власть

над миром. Для современного читателя данная коллизия особенно хорошо знакома по греческой мифологии. Здесь тоже

Земля и Небо первоначально выступают как единое целое.

Земля-Гея (рис. 6) из себя самой рождает Небо-Уран и немедленно вступает с ним в космический брак. Результат космической любви не замедливает сказаться: на свет появляется поколение Первобогов-титанов. Их предводитель Крон оскопляет

отца Урана и сам становится властелином мира. Но ненадолго — дети Крона во главе с Зевсом устраивают очередной

«дворцовый переворот», захватывают Олимп, а папашу вместе со всей родней низвергают в преисподнюю.

Не во всех мифологиях Земля женского рода. По представлениям древних египтян, Земля-Геб — мужчина, а НебоНут — женщина. Первоначально они, как и соответствующие Боги в других культурах, составляли единое целое. От их

соития, согласно гелиопольской версии, родилось Солнце-Ра,

бессчетные звезды и главные Боги египетского пантеона —

Осирис, Исида, Нефтида, Сет. Один из эпитетов Нут — «огромная масса звезд»:

Ночью плывут они (звезды) по ней (Нут) до края неба. Они

поднимаются, и их видят. Днем они плывут внутри неё. Они не

поднимаются, и их не видят. Они входят за этим Богом (Ра)

и выходят за ним. И тогда они плывут за ним по небу и

успокаиваются в селениях после того, как успокоится его величество (Ра) в западном горизонте. Они входят в её рот на

месте её головы на западе, и тогда она поедает их.

Из текста на потолке погребальной камеры фараона Сети.

По хорошо известной теогонической схеме небесно-звездная Богиня принялась было пожирать своих космических детей, что вполне соответствовало житейским наблюдениям:

небо как бы проглатывает по вечерам — заходящее Солнце,

а по утрам — мириады звезд. Отец Геб воспротивился каннибальским аппетитам пожирательницы небесных светил. Чтобы не допустить взаимоуничтожения, Свет-Шу разъединил

супругов. Небо-Нут поднялось наверх и распростерлось над

Зёмлей-Гебом.

Космология Древнего Египта была чрезвычайно развитой

и своеобразной. Наблюдения и знания строителей нильских

пирамид распространялись на все видимые объекты Вселенной (рис. 7). Естественно, что планеты, звезды и созвездия в

Стране Большого Хапи ассоциировались как с привычными

(рис. 8), так и с непривычными (рис. 9) для других культур

образами. Зато астрономические знания подкреплялись скрупулезными и точными математическими расчетами (рис. 10).

Истоки представлений о мироустройстве в других древних

культурах в главных своих чертах по большей части сходны.

Так, теогонические и космогонические китайские мифы схематически воспроизводят уже знакомую нам модель оформления Космоса в упорядоченное целое. Хотя первоисточники

китайской мифологии представляют собой набор фрагментарных и нередко противоречащих друг другу отрывков, по

ним все же можно восстановить начальную картину мироздания. По представлениям древних китайцев, Небо и Земля некогда были слиты воедино (как и у шумеров, для обозначения

этого неразрывного понятия существовало единое слово хуньдунъ) и похожи на куриное яйцо. _.»

Внутри находился зародыш будущего великого Божества Паньгу. Родившийся из Космического

яйца, он как раз и считается творцом Неба и Земли. Культ неба в

последующей религиозной и государственной идеологии Китая

общеизвестен. Здесь оно почиталось, быть может, как ни у какой

другой великой цивилизации.

Даже наиболее употребительный

синоним страны — Поднебесная.

Нельзя представить китайскую

космологию и без двух вселенских

первоначал — инь (женское, отрицательное, темное, северное) и

ян (мужское, положительное, светлое, южное). Инь и ян находятся в Рис. 11. Индра.

беспрестанном борении, обеспечи

вая существование, движение и развитие всех сфер объективного мира — космической, природной, животной, человеческой и т.п. Сам необъятный мир состоит из сочетания пяти

первоэлементов (вода, огонь, металл, дерево, земля), связанных с пятью планетами и странами света. Меркурий обозначал воду и север. Марс — огонь и юг, Венера— металл и

запад, Юпитер — дерево и восток, Сатурн — землю и центр.

В древнеиндийской космологии вновь обнаруживается знакомая схема мироустройства, наполненная, однако, глубоким философским содержанием. В гимнах Ригведы, других

священных книгах космическое Небо олицетворяло женское

Божество — Адити. Ее имя дословно означает «бесконечность», символизируя одновременно и бесконечное пространство, и неисчерпаемые потенции дневного света. Мать-Адити

и находится в эпицентре ведийской космогонии:

В первом веке Богов

Сущее возникло из не-сущего,

Затем возникли стороны света,

И все это — от воздевшей ноги кверху. "

От воздевшей ноги кверху Земля родилась,

От Земли родились стороны света.

От Адити родилась Дакша,

ОтДакши—Адити <...>

Когда вы. Боги, там, в воде,

Стояли, крепко держась друг за друга,

От вас тогда, от плясунов словно,

Густая пыль воздымалась.

Когда вы. Боги, словно волхвы,

Напоили все миры,

Тогда достали вы Солнце,

Спрятанное в море.

Адити -— мать множества Богов, чье собирательное имя —

адитъи. Среди них Индра — верховное Божество индоевропейцев, повелитель Вселенной, владыка молнии и грома (рис.

11). Именно с его деяниями связано отделение Земли от Неба.

Выпив священного напитка сомы, он вырос до гигантских и

настолько устрашающих размеров, что Небо и Земля, охваченные ужасом, разлетелись в противоположные стороны,

разлучившись тем самым навеки, а Индра заполнил собой все

пространство между ними:

77о ту сторону (видимого) пространства, неба

Ты, о сильный по своей природе, (приходящий) на помощь,

о дерзкий мыслью,

Сделал землю противовесом (своей) силы,

Охватывая воды, солнце, ты идешь на небо.

Ты стал противовесом земли,

Ты стал господином высокого (неба) с великими героями.

Все воздушное пространство ты заполнил (своим) величием.

Ведь поистине никто не равен тебе.

Ригведа. 1.52. 12—13

Воплощением космической энергии, наполняющей и пронизывающей Вселенную, выступает другое главное Божество индийского пантеона — Шива. Космологические представления народов, населявших Индостан, развивались в

русле сосуществования традиционных религий. Наиболее

распространивши среди них стали индуизм, буддизм, а после

возникновения государства Великих Моголов — ислам. В

это время много было заимствовано из достижений мусульманских ученых-астрономов. Однако и последние немало

почерпнули у своих индийских собратьев. Так, четыре из

пяти самобытных индийских трактатов, объединенных в свод

под названием «Сиддхант», сохранились до наших дней только благодаря переводу их на арабский язык великим ученыммыслителем Средней Азии Абу Рейханом Бируни (973—

1048/50). Он же обстоятельно и более чем подробно обрисовал

астрономические

идеи индийских ученых в своем капитальном труде «Индия». Известны и

другие сочинения

индийских астрономов и космологов.

Наиболее популярное из них — «Солнечная доктрина»

(«Сурья-сиддханта») — тесно примыкает к мифологической традиции и

ведется от имени

Солнцебога Сурьи. Он в стихотворной форме повествует о

своем собственном движении по небосклону, а также о движении других светил. В этом же трактате излагается ведийская

космогония и известное по многим другим источникам учение

о времени — четырех югах, каждая из которых длится 1 миллион 80 тысяч лет, а все вместе они составляют великий период

бытия — махаюгу — с общим количеством 4 миллиона 320

тысяч лет (или 12 тысяч божественных лет).

Индуизм в наибольшей степении связан с древнейшими

арийскими и ведийскими корнями, он воспринял и пантеон

древнейших Богов, и традиционные представления о мироустройстве (рис. 12). Мировой Змей Шеша, представления о

котором уходят в доиндоевропейскую древность, объемлет

собою весь мир. Он бесконечен и потому имеет эпитет Ананта

(Бесконечный). Вселенная, которую венчает Мировая Гора,

покоится на Черепахе — одном из воплощений Вишну —

еще одного важнейшего Бога индуистского пантеона. Модель эта отнюдь не статична. Космос под воздействием Мирового Змея периодически умирает для того, чтобы тотчас же

народиться и расцвесть вновь. Такая же «пульсирующая» и

еще более детализированная модель разработана в буддийской космологии (рис. 13). Она включает три мира — видимый, невидимый и чувствующий (точнее — желающий). Эту

космическую иерархию олицетворяют знаменитые буддийские ступы. Их символика такова: пирамида земного мира

переходит в перевернутую небесную, вся она бесконечно расширяется и одновременно сходится в Неописуемой точке.

Согласно индоевропейским преданиям, арии — прапредки всех современных индоевропейских народов — мигрировали с Севера после смертоносного климатического катаклизма и неожиданного похолодания. Символом Полярной Отчизны, по древнеарийским и доарийским представлениям,

являлась золотая гора Меру. Она возвышалась на Северном

полюсе, с подножием из семи небес, где пребывали Небожители и царил «золотой век» (отсюда, кстати, русская поговорка: «На седьмом небе» — синоним высшего блаженства). Гора

Меру считалась центральной точкой бесконечного Космоса,

вокруг нее как мировой оси вращались созвездие Медведицы,

Солнце, Луна, планеты и сонмы звезд. В древнерусских апокрифических текстах вселенская гора прозывалась «столпом в

Окияне до небес». Апокриф XIV века «О всей твари» так и

гласит: «В Окияне стоит столп, зовется адамантин. Ему же

глава до небеси». В полном соответствии с общемировой

традицией вселенская гора-здесь поименована алмазной (адамант — алмаз, в конечном счете это — коррелят льда: фольклорная стеклянная, хрустальная или алмазная гора означает гору изо льда или покрытую льдом).

От доиндоевропейского названия вселенской горы Меру

произошло русское слово и понятие «мир» в его главном и

первоначальном смысле «Вселенная» (понятие «Космос» греческого происхождения и в русский обиход вошло сравнительно недавно). Священная гора — обитель всех верховных

Богов индоевропейцев (рис. 14). Среди них был Митра, один

из Солнцебогов, чье имя также произошло от названия горы

Меру. Из верований древних ариев культ Митры переместился в религию Ирана, а оттуда был заимствован эллинистической и римской культурой. Миротворческая роль Митры заключалась в утверждении согласия между вечно враждующими людьми. Данный смысл впитало и имя Солнцебога, оно

так и переводится с авестийского языка — «договор», «согласие». И именно-в этом смысле слово «мир», несущее к тому

же божественный отпечаток (мир — дар Бога), вторично

попало в русский язык в качестве наследства былой нерасчлененной этнической, лингвистической и культурной общности Пранарода. Но и это еще не все. Космизм священной

полярной горы распространялся и на род людской: считалось,

например, что позвоночный столб играет в организме человека ту же роль центральной оси, что и гора Меру во Вселенной,

воспроизводя на микрокосмическом уровне все ее функции и

закономерности. Отсюда в русском мировоззрении закрепилось еще одно значение понятия «мир» — «народ» ( «всем

миром», «на миру и смерть красна», — говорят и поныне).

Следующий смысл из общеарийского наследства — слово

«мера», означающее «справедливость» и «измерение» (как

процесс, результат и единицу), непосредственно калькирующее название горы Меру.

Древнерусское космическое мировоззрение уходит своими

корнями в древнеарийские культурные традиции, общие для

многих современных евразийских народов. Для русского человека Небо и Земля парные — хотя и антиномичные —

категории. В великорусских заклинаниях — самом глубинном пласте народной идеологии — встречаются прямые обращения к древним верховным Божествам — вершителям

мира и судеб людей: «Небо Отец! Мать Земля"». Каких-либо

систематизированных сводов архаичной славяно-русской мифологии (за исключением сильно христианизированной Голубиной книги) до наших дней не сохранилось. Однако, согласно изысканиям и выводам русской мифологической школы, по народным представлениям. Небо-супруг изливал мужское семя в виде дождя на Землю-супругу, оплодотворяя своей

космической потенцией все сущее и обеспечивая плодоношение растений, животных, людей. Подобные представления

бытовали и у других индоевропейских народов, так как происходили из общего мифологического источника. По Плутарху, у эллинов Уран-Небо мужского рода именно по той причине, что его семя изливается дождем и оплодотворяет ГеюЗемлю. (В поэтической форме этот космический апофеоз восславил Вергилий в «Георгиках».) В стародавние времена ту

же цель преследовал и магический весенний обряд — оплодотворения жены на вспаханном поле: он имитировал космическое соитие Земли и Неба.

Русское народное мировоззрение насквозь космично. Это

прекрасно понимал и замечательно сформулировал Сергей

Есенин в программном эссе «Ключи Марии»: «Изба простолюдина — это символ понятий и отношений к миру, выработанных еще до него его отцами и предками, которые неосязаемый и далекий мир подчинили себе уподоблениями вещам их

кротких очагов. Вот потому-то в наших песнях и сказках мир

слова так похож на какой-то вечно светящийся Фавор, где

всякое движение живет, преображаясь. Красный угол, например, в избе есть уподобление заре, потолок — небесному своду, а матица — Млечному Пути. Философический план помогает нам через такой порядок разобрать машину речи почти до мельчайших винтиков».

Сохранилось и легендарное имя первого астронома на территории России. По представлениям русских ученых книжников, зафиксированным в популярном апокрифе, кратко именуемом «Откровение Мефодия Патарского», первым звездочтецом и носителем «острономейной мудрости» был Мунт,

четвертый сын Ноя (Библия такого не знает), который после

потопа поселился в северных полуночных странах, на территории нынешней России: «Мунт живяше на полунощной стране, и прият дар много и милость от Бога и мудрость острономейную обретете». Составил же «сию книгу острономию»

Мунт вопреки предостережениям Архангела Михаила, бросив вызов божьему посланцу и самим небесам (точно так же,

как когда-то поступил Прометей), уравняв тем самым силу

человеческого разума с неизведанными силами Вселенной.

Причина практически полного исчезновения данных о космическом миропредставлении языческой эпохи — безжалостное истребление служителями новой религией любых материальных и письменных памятников прежних верований. Лишь

жалкие осколки некогда пышного и цветущего языческого

мировоззрения уцелели в языке, фольклоре, обрядах, обычаях, художественных навыках и т.п. В беспощадной борьбе с

язычеством деревянные идолы сжигались, а каменные дробились на мелкие куски. Однако новая религия была вынуждена не только искоренять старую, но и приспосабливаться к

ней. Так пережили тысячелетия многие архаичные праздники: Коляда, Святки, Масленица, Ярило, Купало, Семик и др.,

уходящие своими корнями в древнейшие пласты общеславянских и общеиндоевропейских ритуалов.

Космологические воззрения древних иранцев получили

закрепление в священной книге зороастризма Авесте и религиозно-теологической системе, создание которой приписывается легендарному пророку Зороастру (Заратустре). И сама

религия, и ее священное писание были почти полностью уничтожены исламом. Сохранились лишь отдельные книги самой

Авесты, позднейшие изложения зороастрийских идей да немногочисленные секты огнепоклонников. По уцелевшим фрагментам и сведениям нетрудно установить, что авестийская

космология была близка ведийскиму взгляду на мир, что само

по себе вполне естественно, так как и индийцы, и иранцы, и их

мифология произошли из одного общего арийского этнолингвистического и социокультурного источника. Впрочем, авестийская идеология дуалистична: в ней ярко выражены два

первоначала — светлое и темное, верховный Бог Ахура-Мазда и владыка сил мрака Ангро-Майнью. Между ними происходит непрерывная война, которая реализуется в космизиро

ванном противоборстве Добра и Зла.

В более позднем средневековом первоисточнике «Бунда

хишна» воспроизводятся подробности авестийского миропонимания:

Ормазд [позднейшая форма имени Ахура-Мазда], обладающий знанием и добродетелью, пребывает наверху <...> Ахриман [Ангро-Манъю], объятый страстью к разрушению, был

глубоко внизу во тьме<...> Дух Разрушения <...>не был осведомлен о существовании Ормазда. Потом он поднялся из глубин тьмы и направился к пределу, откуда был виден свет. Когда

он увидел непостижимый свет Ормазда, он бросился вперед,

стремясь уничтожить его. Увидев же мощь и превосходство,

превышающие его собственные, он убежал обратно во тьму и

сотворил много демонов<...> Тогда Ормазд <...> предложил

мир Духу Разрушения.

Далее описывается процесс сотворения мира.

Сперва Ормазд создал небо, светлое и ясное, с далеко простирающимися концами, в форме яйца из сверкающего металла

<.,.> Вершиной оно достигало до Бесконечного Света, а все,

творение было создано внутри неба<...> Вторым после субстанции неба он создал воду<...> Третьим после воды он создал

землю круглую, о висящую в середине неба<„.> Четвертым он

создал растения<...> Пятым он создал Быка<...> Шестым он

создал Гайамарта [Первочеловека]<..> А из света и влаги неба

он сотворил семя людей и быков, <...> ион вложил (его) в тело

Гайамарта и Быка для того^ чтобы от них могло пойти

обильное потомство людей и скота.

Даже беглый и поверхностный обзор космологических воззрений разных народов Земли дает чрезвычайно пеструю и

зачаровывающую картину мироустройства. Если представить, что каждый народ соткал свой ковер представлений о

Вселенной, собрать однажды все эти ковры вместе и бросить

их на траву, то откроется удивительная вещь: сколько народов — столько Вселенных! Северные и южные, западные и

восточные картины Мироздания поражают своей уникальностью, самобытностью и многоцветностью.

Так, космолого-мифологические представления коренного

населения Новой Зеландии — маори — поразительно совпадают со взглядами древних египтян: у полинезийцев исходной парой космогонического процесса также выступают

Небо-Ранги и Земля-Папа. Им предшествуют Ночь-По и СветАо, а также Пустота-Коре, Звук-Че, Развитие-Коне и другие

Божества, входящие в структуру Вселенной. Космическую

предначертанность видели в себе и кочевники гунны, наводившие ужас на Европу раннего Средневековья. По свидетельству китайских хронистов, гуннские правители, когда их

орды еще не отправились в свой смертоносный поход от Великой китайской стены к европейским рубежам, именовали себя

«порожденными Небом и Землею, поставленными Солнцем и

А теперь для сравнения обратимся к российским эвенком. Воссозданная усилиями многих поколений космическая панорама

жизни этого малочисленного коренного народа Русского Севера приводит к поразительному

открытию: эвенки считают себя

полноценными детьми Звездного неба. Луны и Солнца — космических родителей всего живого и неживого на земле. Верхний

мир (по существу — Космос)

имеет многоярусную структуру:

там есть свой бескрайний океан, своя земля, своя тайга, своя

тундра. Ведет туда своя небесная дорога: через Небесную

дыру — Буга Санорин — по-нашему, это — Полярная звезда, главный ориентир всех охотников, оленеводов, путешественников и мореплавателей. Верхний космический мир —

царство Отца-Солнца Дылачанкура, хозяина света и тепла.

Его жена — Луна Бега, их дети — солнечные лучи; они-то и

светят людям сквозь Небесную дыру берестяными факелами.

По-иному приходит на землю тепло. Всю долгую зиму в своем

космическом чуме топит печку Отец-Солнце и собирает тепло

в кожаный мешок для того, чтобы с приходом весны и лета

выпустить его на землю через все то же космическое отверстие

По представлениям другой северной евразийской народности — ненцев — Вселенная, которую сотворила космическая

птица Гагара, состоит из нескольких миров, расположенных

по вертикали — один над другим. Всего над Землей — 7

небес. К ним прикреплены Солнце, Луна и звезды. Вся эта

хитроумная небесная модель медленно вращается над плоской Землей. Высоко в космических сферах живут небесные

люди, похожие на земных антиподов — с оленеводческими и

охотничьими пристрастиями. Звезды — озера верхнего мира.

Когда там тает снег, он падает на землю в виде дождя.

Картина мироустройства не только излагалась и запоминалась устно, передаваясь от старших к младшим, от поколения к поколению, но и изображалась в виде символических

рисунков. Их создателями и хранителями, как правило, выступали шаманы. Считалось, что во время своих камланий и в

состоянии экстаза они посещают различные миры и участки

Вселенной. Наглядное представление о такой картине мироздания дает рисунок, изображенный на бубне енисейского

шамана (рис. 15). Здесь представлена модель Вселенной —

какой она рисовалась в воображении малочисленного таеж

ного народа кетов, говорящего на особом языке, не входящем

ни в какие другие языковые семьи. В центре бубна красной

охрой изображена фигура человека. От его головы отходят

пять лучей с птицами на концах — так символически обозначены мысли шамана. Вокруг «главного героя» располагаются Солнце, Луна (Месяц) и созвездие Большой Медведицы в

виде лося («Лось» — название для звездного «ковша» у многих северных народов). Внутренний круг — граница мира. В

самом его низу — «дыра земли» — вход в преисподнюю.

Выпуклости по краям внутреннего круга — семь мировых

морей, которые, согласно кетской космологии, охватывают

мироздание. В шести из них — «живая» вода, в седьмом —

До недавнего времени сравнительно мало было известно о

космологических достижениях высокоразвитых индейских

культур. После открытия Америки испанские конкистадоры

буквально за несколько десятилетий огнем и мечом дотла

истребили высокоразвитые цивилизации ацтеков, майя, инков и других индейских народов. Да так, что только с про

шлого века их храмы, пирамиды-обсерватории и другие великолепные сооружения стали открывать заново (словно другую планету) в джунглях и высоко в горах.

Исследованные в основном в недавнее время комплексы

многочисленных пирамид, другие культовые постройки

подтвердили астрономическое предназначение многих из них

Пирамиды Луны и Солнца в древнемексиканском

Теотиукане, аналогичные сооружения на территории исчезнувшей империи майя (рис. 17), знаменитые доинкские Ворота Солнца в боливийских Андах (рис. 18) — немые свидетели

научных и технических достижений первопоселенцев Американского континента и их космических предпочтений.

Астрономические познания, к примеру, древних майя поражают воображение. Они владели знаниями, к которым современная наука приблизилась сравнительно недавно. Лунный месяц высчитан жрецами-астрономами мертвого города

Паленке (что зафиксировано в иероглифических таблицах,

вырезанных из камня) с точностью до пятого знака после

запятой, равен 29,53086 дня и лишь на 0,00027 дня расходится с величиной, полученной с помощью компьютеров и точнейших астрономических приборов. Благодаря своим фантастическим астрономическим познаниям (ныне, к сожалению,

утраченным) жрецы майя сумели высчитать продолжительность солнечного года точнее — на 0,0001 дня, — чем современные метрологи по григорианскому календарю. Кроме того,

они вели точнейшие календарные записи синодических периодов (то есть видимого расположения небесных тел относительно Солнца) и периодов синхронизации планет — Меркурия, Венеры, Марса, Юпитера, Сатурна (рис. 19).

Индейским астрономам были хорошо известны все видимые невооруженным глазом светила (рис. 20). Разрабатывали

они и модель целостной Вселенной . Вселенная — йок

каб (буквально: «над землей)» рисовалась древним майя в

виде слоистой иерархии миров: над землей находилось тринадцать небес, а под землей — девять этажей преисполни. По

углам квадратной Земли возвышались четыре мировых древа; на Севере — белое: в память о древней Полярной прародине. Между прочим, начальной точкой отсчета мировой

истории майя считали 5 041 738 год до новой эры — дата,

которую сегодня еще не способна осмыслить наука.

По-иному рисовали себе мироздание древние мексиканцы.

Земля виделась им большим колесом, окруженным водой. Сама

же Вселенная представлялась вертикальным миром с 13 небесами кверху и 9 преисподними книзу. По мировоззрению

народов нагуа (сюда входят разные племена, наиболее известным из которых являются ацтеки — последние властители