|
В 1988 году писатель-маринист Николай Черкашин собирал в Севас-
тополе сведения о гибели линкора «Новороссийск». В печати уже расска-
зывали об этой ужасной катастрофе Советского военно-морского флота,
унесшей 608 жизней. К сожалению, причина взрыва, грянувшего в ночь
на 29 октября 1955 года под днищем бывшего итальянского корабля «Юлий
Цезарь», ставшего советским трофеем после Второй мировой войны, до
сих пор не определена.
Огромный корабль перевернулся и затонул в Северной бухте Севас-
тополя — на глазах у тысяч горожан, поэтому Черкашин расспрашивал
всех, кто хоть как-то был причастен к этой катастрофе: и уцелевших мо-
ряков, и тех, кто их спасал, и тех, кто наблюдал трагедию с берега. Среди
сотен рассказов, оставшихся в его блокнотах, есть и такой.
«В ту ночь я дежурил по железнодорожному переезду, что перед са-
мой Балаклавой, — рассказывал балаклавский старожил Петр Григорье-
вич Устименко. — Вдруг вижу: со стороны бывшей ветки на карьер (рель-
сы сняли, насыпь осталась) идет поезд. Глаза протер, думал, почудилось —
ведь не могут поезда по полотну без рельсов ходить, а он идет: паровоз и
три пассажирских вагончика. И локомотив, и весь состав не нашенские,
вроде как довоенные, а может, и того раньше. Паровоз-то на старую «овеч-
ку» похож, вы, наверное, не помните — серия «Ов» была такая, — но не
«овечка». «Овечку»-то я хорошо знаю. До войны кочегаром на ней начи-
нал. А этот — ну, не видел таких — небольшой, вроде маневрового... В
общем, идет без огней, идет со стороны горы Гасфорта, где рельсов-то и
сроду не было, да на наш главный путь и выходит. Там — с бывшей вет-
ки — и стрелочный перевод давно снят, а тут явственно слышу, как стрелки
лязгнули. Я успел только шлагбаум опустить. Поезд мимо меня проследо-
вал и пошел в Севастополь. Ну, мое дело маленькое. Я за переезд отве-
чаю, у меня все в порядке, а дальше пусть диспетчера разбираются. Но
вот как он шел без рельсов?! Я даже на полотно старое выбежал — ни
следов, ни травы-кочки примятой. Чертовщина какая-то. Я еще тогда по-
думал — не к добру, быть беде. И точно, утром зашумела вся Балакла-
ва —«Новороссийск» взорвался...
«Но вы доложили начальству об этом случае?»
«Да вы что? Мне б сразу по шее надавали: мол, попиваещь на дежур-
стве, с пьяных глаз и померещилось».
«А может, был грех... — попробовал Николай Андреевич перевести
все в шутку».
«Обижаете старика, — покачал головой Устименко. — У нас семья
из молокан была. Насчет спиртного строго. Я и сейчас водку на дух не
переношу. А историю эту рассказал, потому как знамение это было. Пе-"
ред всякой бедой чудеса разные случаются. Вот старики рассказывали —
перед балаклавским землетрясением «Черного принца» в море видели...»
О недобрых предзнаменованиях «новороссийской» трагедии давно
уже ходили разные истории. Даже старший штурман линкора (ныне ка-
питан 1-го ранга в отставке) Михаил Романович Никитенко без тени
улыбки сообщал, что в канун взрыва (кстати, Никитенко в роковую ночь
был дежурным по кораблю) его жена увидела необыкновенный сон: мно-
жество людей поднимается по широкой красивой лестнице в небо. за
облака... Но нужны были факты... О случае на балаклавском переезде
Черкашин вспомнил четыре года спустя, когда прочитал в газете «Слава
Севастополя» от 12 августа 1992 года заметку «Поезд-призрак на дорогах
Украины».
«14 июля 1911 года с римского железнодорожного вокзала в «круиз»,
устроенный фирмой «Санетти» для богатых итальянцев, вышел прогу-
лочный поезд. 106 пассажиров осматривали достопримечательности, ок-
ружавшие новый участок дороги. Поезд приближался к супердлинному
тоннелю. И вдруг начало происходить что-то ужасное. По свидетельству
двух пассажиров, успевших выскочить на ходу, все вдруг покрылось мо-
лочно-белым туманом, который по мере приближения к тоннелю густел,
превращаясь в вязкую жидкость. Поезд вошел в тоннель и... пропал.
После этого происшествия тоннель заложили камнями, а во время
войны в него попала авиабомба.
Возможно, об этом случае и забыли бы, если бы трехвагонный при-
зрак не появился... недалеко от села Заваличи Полтавской области на
переезде дежурной Елены Спиридоновны Чебрец. Поезд с наглухо закры-
тыми шторами, открытыми дверцами и пустой кабиной машиниста дви-
гался абсолютно бесшумно, давя разгуливающих по полотну кур.
Исследовать этот феномен прибыл председатель комиссии по изуче-
нию аномальных явлений при Академии наук Украины В.П. Лещатый. В
его записях, датированных сентябрем 1991 года, высказывается версия,
что поезд каким-то образом прошел сквозь время. Лещатый вспоминает и
записи известного мексиканского психиатра 40-х годов XIX века Хосе Сак-
сино о том, как однажды в Мехико появились 104 итальянца, в течение
недели попавшие в психиатрическую лечебницу, так как утверждали, что
прибыли в Мехико из Рима на поезде.
Лещатый сделал анализ верхнего слоя на стенах и окнах одного из
вагонов загадочного поезда. Это оказалось вещество, похожее свойствами
на порох...»
А не этот ли поезд видел на балаклавском переезде Устименко? Много
похожего: паровоз иностранного образца, три вагона... Если поезд-при-
зрак обнаружился в 1991-м году под Полтавой, почему он не мог появить-
ся в 1855-м под Балаклавой?
Писатель-маринист еще больше укрепился в этой мысли после того,
как побывал на горе Гасфорта с севастопольским краеведом Евгением
Веникеевым. Они поднялись туда, чтобы осмотреть остатки итальянско-
го кладбища, устроенного на горе в 1855 году (здесь похоронены солдаты -
сардинцы, погибшие при штурме Севастополя в Крымскую войну) и стер-
того с лица земли через сто лет по распоряжению советских властей. Ник-
то так и не смог объяснить, почему была взорвана прекрасная часовня на
итальянском кладбище в мае 1955 года. Обычный вандализм в порядке
«борьбы с проклятым прошлым». Но кто выстрелит в прошлое из ружья,
в того будущее выпалит из пушки. И динамитная шашка, заложенная под
старинную часовню, обернулась чудовищным взрывом под днищем «Но-
вороссийска». ...Они бродили по плоской вершине горы Гасфорта меж
обломков мраморных плит, заросших на местах бывших клумб кактуса-
ми-опунциями. Немецкие снаряды пощадили старинную усыпальницу...
Веникеев же рассказывал про первую оборону:
«Сюда, к итальянскому лагерю на горе Гасфорта, англичане провели
из Балаклавы железную дорогу... Потом ее сняли. Но насыпь осталась.
Ветка из Балаклавы в Севастополь проходит как раз по той, намеченной
еще англичанами трассе».
Вот как?!
Значит, поезд-призрак шел по следам снятых шпал? Он шел по тра-
ектории бывшей железной дороги... Но если это был тот самый злосчаст-
ный поезд, зачем он приходил сюда, в этот глухой уголок Крыма? Забрать
души итальянских солдат, растревоженных майским взрывом последнего
их прибежища — купола часовни? Или у кого-то из 104 пассажиров здесь
были погребены родственники и они приехали отдать им последний долг?
А может, они, эти сгинувшие пассажиры, могли как-то отомстить за
поруганное кладбище из своего временного плена, вмешались в земную
причинно-следственную связь — и «Юлий Цезарь»—«Новороссийск» взле-
тел на воздух?
Простор для предположений огромен.
Кто же не знает, что время — это особого рода хрональное поле,
неразрывно связанное с электромагнитной энергетикой пространства? А
если предположить, что наряду с законом сохранения вещества и энергии
существует и закон сохранения времени, правда, никем пока не доказан-
ный? И «прожитое» время не исчезает. Вечность прошлого равна бездне
будущего. Прошлое существует реально, а не в чьей-либо памяти,
даже если эта память — совокупный опыт всего человечества. За каждым
из нас самих — некая топографическая картина. У каждого тела есть своя
траектория движения, роста, полета. Совокупность этих траекторий ук-
ладывается в русло общего течения времени.
Настоящего как такового нет. Любой миг будущего тут же становит-
ся мгновением прошлого. То, что мы называем настоящим временем,
всего лишь вспышка сознания, пережигающего будущее в прошлое. На-
стоящее — это, как поется в песне, «есть только миг между прошлым и
будущим, именно он называется «жизнь». Так что «прошлое» и «буду-
щее» равно понятию «время» вообще.
Теоретически — пока — можно вызвать на экране старого зеркала
все, что в нем когда-либо отражалось. Особенно если это зеркало очень
долго не меняло местоположение. Вот почему «привидения» чаще всего
выходят из старинных зеркал, намертво вделанных в стены дворцов, зам-
ков, старых домов. Той же способностью обладают и другие простран-
ственно-временные константы — египетские пирамиды, древние акведу-
ки, железнодорожные мосты и тоннели, вековые деревья, способные на-
капливать, аккумулировать в себе время и пространство неизменных ко-
ординат.
Булгаковский Воланд — существо из четырехмерного пространства.
Он мог одновременно видеть и прошлое, и будущее. Глядя на несчастно-
го Берлиоза, он мог наблюдать, как его голова выходит из чрева матери и
как катится из-под колес трамвая. Это своего рода стереоскопия или сте-
реометрия времени.
Если время в нашем трехмерном пространстве — это вектор, нео-
братимо направленный из прошлого в будущее, то в двухмерном про-
странстве время имеет точечную характеристику: застывшее мгновение.
А в четырехмерном? Там это не просто лента, а объемный поток...
И кто убедил нас раз и навсегда, что время течет только по прямой?
Не логичнее ли предположить, что время, говоря очень упрощенно, на-
кручивается витками, как нить на катушку, так что прошлое существует
параллельно будущему. Время слоисто и концентричне, как годичные
кольца дерева. Но иногда меж «витков» случаются «пробои» («межвитко-
вые замыкания»), и тогда возникают «черные дыры» в хрональном поле,
они, словно воронки смерчей, образующие воздушный тоннель между
небом и землей (водой), блуждают, перемещаясь по каким-то своим зако-
нам, втягивая в себя людей, бесследно исчезающих из нашей жизни, пред-
меты, животных... Может, именно с помощью «блуждающих черных дыр»
времени и можно объяснить появление и снежных людей, и лохнесских
чудовищ, втянутых смерчем времени и выброшенных из своих доистори-
ческих эпох в наши дни? В «черные дыры» «межвитковых пробоев» про-
валиваются и наши современники, которые не всегда гибнут в чужих ве-
ках, а, приспособившись к тамошней жизни, становятся оракулами и пред-
сказателями. Не из них ли Нострадамус?
И появление НЛО и НЛО-навтов укладывается в рамки этой теории:
это наши дальние потомки, и их вполне рукотворные «летающие тарел-
ки» заглядывают к нам сквозь «черные дыры» времени, заглядывают на-
меренно или же случайно, затянутые все тем же временным вихрем.
Теперь вернемся к нашему исчезнувшему поезду, точнее, к желез-
ным дорогам, по которым он колесил... Взгляните на железнодорожную
карту Италии, Европы, Евразии... Как густо и как причудливо оплетены
континенты паутиной рельсов! А задумывался ли кто-нибудь о геофизи-
ческом или, вернее сказать, геохронофизическом воздействии общемиро-
вой железнодорожной сети (не забудем — в нее включен и тот римский
участок со злополучным тоннелем) на хрональное поле планеты? А оно,
безусловно, существует. Ведь всякое значительное преобразование про-
странства влечет за собой и временные аномалии. Сверхдлинные тонне-
ли, сверхглубокие шахты, сверхвысокие башни — все эти пространствен-
ные новообразования меняют, пусть и не очень ощутимо, движение вре-
мени, подобно тому, как плотины, водосборы, каналы меняют течение
реки. Сеть железных дорог, пожалуй, самое масштабное творение челове-
чества. Это сооружение воистину планетарного размаха. Металлическая
сеть, покрывающая с той или иной плотностью наши континенты, бес-
спорно, влияет на естественное геофизическое поле Земли, а значит, и на
ее хрональные процессы, то есть на ход времени.
Железнодорожная сеть — сеть не плоскостная, а сферическая; она
повторяет кривизну земного шара. А там, где плоскость переходит в сфе-
ру, там трехмерное пространство переходит в двухмерное и наоборот
(вспомним перекрученную ленту Мебиуса), то есть железнодорожная сеть
есть граница-сопряжение по меньшей мере двух, а по большей — несколь-
ких пространств. Но пространство вовсе не «сосуд времени», как время
отнюдь не наполнение пространства. Это единая среда, процесс, усло-
вие — как ни назови, — их взаимосвязь.
Наконец, железные дороги — это ускорители времени, своего рода
синхрофазотроны, где вместо атомных частиц ускоряется перемещение
частиц человечества — людей. Поезда ускоряют наше биологическое время.
И, возможно, ни одна поездка не проходит бесследно для нашего внут-
реннего душевно-биологического строя.
И последнее, что надо принять во внимание: рельсы, пути, ветки,
магистрали довольно долговременно и точно привязаны к определенно-
му пространству, как бы формируя его координатный скелет.
Итак, наложите все вышеперечисленные обстоятельства одно на
Другое — и вы поймете, что железная дорога опасна не только колесами
своих локомотивов, но и своими пространственно-временными анома-
лиями, их стихийной игрой, совершенно не тронутой лучом познания.
Теперь вспомним, что незадолго до исчезновения римского поезда в
Италии произошло мощное землетрясение с эпицентром в районе Мес-
сины. Чудовищные трещины и провалы возникли не только в каменистой
почве, но и в хрональном поле. Если предположить, что «мессинская блуж-
дающая хрональная дыра» сконцентрировалась над гигантским горным
тоннелем, то именно она, эта хрональная аномалия, и могла перевести
поезд из нашего обычного трехмерного пространства в четырехмерное,
где время (хрональное поле), помимо длительности, приобретает новую
характеристику — глубину. Поэтому злосчастный состав, выпав из своего
обычного векторного времени, стал свободно перемещаться из настоя-
щего как в прошлое, так и в будущее. Но поскольку движение его опреде-
лялось жестко схваченными пространственными координатами (рельсо-
вой колеёй), то появляться он мог только там, где когда-то лежали рель-
сы, или там, где их когда-нибудь проложат в будущем. Так под Балаклавой
поезд-призрак шел по колее 1855 года, проложенной английскими войска-
ми. А в Мексику он мог прибыть по железнодорожной магистрали, кото-
рую, видимо, все-таки проложат в XXI веке, соединив Азию и Америку
великим рельсовым путем через Чукотку и Аляску. Такой проект рас-
сматривался еще в начале века, не потерял он актуальности и сейчас. Так
что, проследовав в XXI веке по Чукотско-Аляскинской магистрали, поезд
мог «вынырнуть» в XXI столетии на пригородных путях близ Мехико, а
пассажиры по каким-либо причинам — покинуть поезд. По их субъектив-
ному времяощущению это событие могло произойти сразу же, как только
поезд вошел в тоннель. А дальше, оставшись без своих вагонов, которые
умчались в иной век, все они и в самом деле оказались в строгой изоляции
психлечебницы, что, в общем-то, спасло их от нечаянного вторжения в
причинно-следственные связи событий истории. В противном случае они
просто бы никогда не родились. Поезд же двинулся обратно в Рим, как до
сих пор кажется его машинисту, продолжая пугать своим внезапным по-
явлением станционных смотрителей всех времен и народов.
Председатель комиссии по изучению аномальных явлений при Ака-
демии наук Украины Василий Петрович Лещатый 25 сентября 1991 года
подстерег загадочный поезд на переезде в селе Заваличи. Он прыгнул на
подножку призрака и... больше его никто не видел... «Поезд, сообщает
газета «Форум», так и продолжает курсировать через переезд Елены Спи-
ридовны Чебрец. Желающих исследовать этот феномен пока не нашлось».
|
