|
Все началось с того, что в 1955 году во Франции были изданы мемуа-
ры Луи Маршана, слуги и телохранителя императора, пролежавшие на ар-
хивной полке 120 лет, прежде чем историки дали к ним комментарий и
выпустили в свет. Маршан день за днем описывал жизнь Наполеона и рас-
сказал о том, что тот часто дарил на память друзьям пряди своих волос.
Эти мемуары однажды попали на глаза любителю истории, шведско-
му врачу-дантисту и токсикологу Стену Форшвуду. Он с интересом, не
отрываясь, прочел мемуары и с удивлением обнаружил, что в подробных
описаниях последних лет жизни Бонапарта зафиксированы симптомы явно
мышьячного отравления. По крайней мере, из тридцати, признаваемых
судебной медициной, у Наполеона их было 22! Затем Форшвуд изучил
протокол вскрытия, сопоставил некоторые другие свидетельские показа-
ния и еще более укрепился в своем предположении.
Однако он не стал торопиться с окончательными выводами. Слухи
об отравлении Наполеона ходили очень давно. Форшвуд решил опереть-
ся на последние достижения науки, доказать факт преднамеренного убий-
ства и попытаться найти преступника.
После долгих приключений он сумел собрать пряди волос Наполео-
на за 1816, 1817, 1818и 1821 годы и при помощи шотландского ученого
Смита подвергнуть их сложному анализу. Раздобыть волосы бывшего им-
ператора Франции было не так-то просто. Например, наследники импе-
раторской семьи Наполеона вежливо отказались пожертвовать науке один-
единственный волос, намекнув, что им и без того известен отравитель. И
что они отнюдь не заинтересованы сделать его имя достоянием обще-
ственности.
Зато внучка младшего брата Бетси Балькомб, леди Мэбел Балькомб-
Брукс, с приветливой улыбкой сказала:
«Я рада, что вы ищете доказательства отравления императора. Вы
знаете, мой прадед всегда был убежден в этом. И это передавалось из по-
коления в поколение... Как родственница Вильяма Балькомба, я выра-
жаю вам благодарность за ваше старание раскрыть это преступление».
Попутно она добавила, что ее прабабка Бетси умерла в Лондоне в
1873 году. Французским она владела великолепно и отличалась мужеством,
умом и волей. Когда ее спрашивали, где она изучала французский, она с
достоинством отвечала, что у нее был хороший учитель по фамилии Бо-
напарт.
Метод, при помощи которого Стен Форшвуд намеревался доказать
факт преднамеренного отравления Наполеона мышьяком, заключался в
следующем.
В университетской лаборатории в Глазго образцы волос Наполеона,
взвешенные и запаянные в миниатюрные контейнеры, отправляли в
Харвеллский институт атомной энергии близ Лондона. Там образцы бом-
бардировали ядерными частицами (термическими нейтронами) в тече-
ние 24 часов. Последующее сравнение образцов с контрольной группой
позволяло измерить количественное содержание мышьяка в волосах, по
которому можно определить и общее количество яда, попавшего в орга-
низм. Этот метод всегда давал очень точные результаты.
Забавно, что Форшвуд некоторое время не сообщал коллегам-анг-
личанам чьи волосы они исследуют, опасаясь, что это как-то может по-
влиять на результаты экспертизы (что впоследствии было предметом не-
истощимых шуток).
Через некоторое время Форшвуд получил официальный ответ: «После
проведенного анализа... обнаружено, что образец, посланный вами и по-
меченный H.S., содержит 10,38 микрограмма мышьяка на один грамм
волос. Эта пропорция свидетельствует, что искомое лицо получило отно-
сительно высокое количество мышьяка».
Теперь у Форшвуда было научное подтверждение, что Наполеон
Бонапарт был отравлен: масса мышьяка в волосах экс-императора в мо-
мент его смерти превышала норму в 13 раз! Как токсиколог, Форшвуд
знал, что для отравления человека мышьяком его требуется совсем не-
много и убийца мог сделать это в один прием. Для медленного отравле-
ния в течение шести лет хватило одного маленького пакетика.
Судя по описанным в дневниках Гурго и Маршана симптомам, в один
прием был отравлен мышьяком Чиприани. Этот корсиканец был предан-
ным тайным агентом Наполеона. Вероятно, ему было поручено заняться
поисками отравителя, и, возможно, Чиприани удалось напасть на след.
Он был всего лишь слуга, и вскрытия тела не производилось. Во
время путешествия на остров Святой Елены леди Мэбел Балькомб-Брукс
сделала поразившее ее открытие: могила Чиприани с протестантского
кладбища исчезла вместе с надгробным камнем. Она была пуста! Ею же
было установлено, что в книге гражданских актов острова граф Монто-
лон «забыл» зарегистрировать факт его смерти. Возникает вопрос: кому и
зачем понадобился покойник?
Причина исчезновения могилы Чиприани, видимо, кроется в том,
что в 30-х годах прошлого века распространился слух, будто тело Наполе-
она тайно увезено в Англию и анонимно захоронено в часовне Вестмин-
стерского аббатства, а вместо императора в его фоб положили несчаст-
ного Чиприани, который был очень похож на него. Возможно, для доку-
ментальной проверки этой версии и была произведена тайная эксгумация
тела Чиприани...
Что касается Форшвуда, то он решил расширить диапазон своих ис-
следований, подвергнув пряди волос Наполеона еще более сложному ана-
лизу. Важно было установить, какими дозами мышьяк попадал в орга-
низм Бонапарта.
Если яд попадал в организм отмеренными дозами, через равно-
мерные промежутки времени (что говорило о преднамеренном отрав-
лении), то ученые должны были получить графическую диаграмму пи-
ков и спадов.
Человеческие волосы растут со скоростью 0,35 миллиметра в день,
или около 1,5 сантиметра в месяц. Представляется возможность рассчи-
тать время, разделяющее пики диаграммы, то есть моменты получения
наибольших порций яда. В том случае, если волосы были обриты под
корень и известна дата этого события, то сегментный анализ с точностью
до одного дня позволил бы определить дату абсорбции (поглощения од-
ного вещества другим), то есть поглощения дозы яда.
Благодаря этой методике, разработанной Смитом, Форшвуд полу-
чил фактическое доказательство того, как был убит Наполеон, и раскрыл
тайну его смерти.
Из старинной шкатулки родственники Луи Маршана извлекли шел-
ковистую прядь волос Наполеона, которая была сбрита в первой час кон-
чины императора 5 мая 1821 года, когда под шум неистовой бури, разра-
зившейся на острове, Антомарки снимал посмертную маску... Взяв эту
дату за начало шкалы отсчета, удалось привязать ее к датам календаря и
сопоставить их с дневниками Маршана и Гурго, в которых дается описа-
ние болезни в последние месяцы жизни Наполеона.
Затем были подвергнуты анализу пряди волос, подаренной Бетси
Балькомб. Она была срезана 16 марта 1818 года, равнялась 18 сантимет-
рам и заключала информацию почти за 12 месяцев.
Когда диаграмма содержания мышьяка была готова, то оказалось,
что Наполеон весьма ощутимые дозы яда получал от убийцы, графа Мон-
толона, с начала октября 1817 года по 1 ноября, затем 11,16,30 декабря, с
26 по 29 января, с 26 по 27 февраля 1818 года и перед самым отъездом
Бетси — 13 марта.
|
