|
Шел 1898 год. В комнате на 24-й улице в Нью-Йорке на стуле сидел
человек по имени Морган Робертсон, он смотрел на пишущую машинку
перед собой. Робертсон большую часть своей жизни был моряком, а те-
перь писал рассказы о море. Он уже опубликовал несколько книг, но
сейчас вдохновение изменило ему.
Робертсону казалось, что он знает, в чем причина. Он не обрел нуж-
ного настроя. Будучи необразованным человеком, он всегда удивлял чи-
тателей, да и самого себя тоже, необыкновенно увлекательными живо-
писными рассказами о похождениях моряков, силой слова заставляя лю-
дей почувствовать соленый морской воздух и услышать рев бушующих
волн. Но каждый раз, когда он садился за машинку, ему казалось, что он
не написал в своей жизни ни слова. Проходили часы, а иногда дни, прежде
чем он вновь обретал писательский дар. Наконец он как бы настраивался
на нужную волну, и тогда оживали клавиши печатной машинки.
Морган оглядел комнату, стилизованную под каюту корабля, и по-
грузился в воспоминания. Прямо напротив него находилось окно-иллю-
минатор, в одном углу висел спасательный круг, в другом — штурвал.
Слева от него была койка с корабельными колоколами по обеим сторо-
нам, а справа — маленькое бюро с компасом и корабельным лагом. Ато,
на чем стояла портативная печатная машинка, на самом деле было ван-
ной с установленной сверху деревянной доской. Со стены свисали канаты
с узлами, а вместо лампы комнату освещали ходовые огни.
Робертсон откинулся на стуле и уставился в потолок. Он был далеко
от моря, но услышал плеск неугомонных вспененных волн. Как будто в
кино, в его сознании одна картинка сменяла другую, перед глазами были
широкая гладь моря и заходящее солнце на горизонте. Он ощущал холод-
ный апрельский воздух атлантического океана и слышал тревожные голо-
са ревунов в отдалении. Теперь, когда он все глубже погружался в состоя-
ние транса, он увидел в тумане корабль. Он шел очень быстро, слишком
быстро, со скоростью 23 узла.
Это было великолепнейшее судно, роскошный лайнер длиной более
240 метров, самый большой из тех, которые он когда-либо видел, с тремя
гребными винтами и мощностью машины 75 000 лошадиных сил, разви-
вающий скорость 25 узлов. Судно подходило все ближе, и сквозь туман он
видел людей на длинных широких палубах — около 2000 человек — боль-
ше, чем мог вместить какой-либо корабль.
Лайнер прошел совсем близко, и на борту Робертсон разглядел бук-
вы ТИТАН. В голове вихрем пронеслось другое слово: непотопляемый...
непотопляемый. Ужаснувшись, он пересчитал шлюпки, подвешенные на
шлюпбалках. Их было двадцать четыре, слишком мало для того, чтобы
вместить всех пассажиров. А впереди, едва различимый в густом тумане,
маячил айсберг.
Морган Робертсон встряхнулся и начал печатать. Теперь слова при-
ходили легко, как будто им управляла некая сила: «Это было самое боль-
шое судно, шедевр кораблестроения... просторные каюты... палубы раз-
мером с танцплощадку... непотопляемый, несокрушимый, количество
шлюпок соответствовало правилам...
75 000 тонн врезались в туман со скоростью 15 метров в секунду...
столкнулись с айсбергом... холодящие кровь крики 3000 человек...»
Заметим, что Робертсон написал книгу «Гибель "Титана"» в 1898
году. «Титаник» же был построен только в 1911-м. Это было также «са-
мое большое судно», и свой первый и единственный рейс оно соверши-
ло в 1912 году с тысячами пассажиров на борту.
В 1880-х годах, за несколько лет до того, как Робертсон написал свою
книгу, в «Пэлл-мэлл газетт» появилась статья. Это был занимательный
рассказ о корабле, равном по размерам «Титану», затонувшем в водах
Атлантики. Автор У. Стед разъяснял, что он написал статью с целью побу-
дить кораблестроителей принимать все меры предосторожности, прежде
чем спускать судно на воду. В конце статьи говорилось: «Это вполне мо-
жет случиться и случится, если лайнеры будут уходить в рейс с недоста-
точным количеством шлюпок».
Всю свою жизнь Стед, как и Робертсон, был связан с морем и ко-
раблями. В 1892 году он написал другую статью в журнале «Ревью оф
ревьюс», где работал редактором, в которую добавил несколько впечат-
ляющих деталей, живописующих крушение судна. В его рассказе пароход
столкнулся с айсбергом в Атлантическом океане, а единственный выжив-
ший пассажир был спасен лайнером «Маджестик». В то время действи-
тельно существовало судно с таким названием, его капитаном был Эд-
вард Смит, который позже стал капитаном «Титаника» (еще одного лай-
нера компании «Уайт Стар»).
В 1910 году Стед читал лекцию в Лондоне, в которой он изобразил
себя потерпевшим кораблекрушение, барахтающимся в воде и взываю-
щим о помощи. Теперь трагедия не выглядела безличной — Стед сам пред-
ставил себя в роли жертвы, по крайней мере в фантазиях.
Тем временем началась работа над «Титаником». Это был прекрас-
нейший корабль в мире — 264 метра длиной («Титан» Робертсона был
240 метров длиной), водоизмещением 66 000 тонн (у «Титана» — 70 000).
Судно могло развивать невиданную скорость — 25 узлов (такую же, что и
«Титан») и могло вмещать 3000 пассажиров (столько же, сколько «Ти-
тан»). Среди его достоинств было одно, на фоне вышесказанного выгля-
дящее зловещим: на «Титанике» были водонепроницаемые отсеки и он,
по словам создателей, являлся непотопляемым.
У. Стед ощущал, что над ним сгущаются тучи. Пока шел монтаж
судна, что-то заставило его посетить графа Луиса Гамона, хироманта. Га-
мон предупредил, что его подстерегает опасность, исходящая от воды, и
посоветовал остерегаться моря. Гамон не переставал думать о Стеде на
протяжении последующих месяцев и 21 июня 1911 года отослал ему запис-
ку: «Остерегайтесь путешествий в апреле 1912 года».
«Титаник» был сделан наполовину. Стед обратился к другому пара-
психологу У. де Керлору, который сказал, что ему придется отправиться в
Америку. Стед был удивлен, так как ничего подобного не планировал. Де
Керлор многозначительно кивнул и сказал: «Я вижу... огромный черный
корабль... Но я вижу только половину корабля... когда станет возможно
увидеть корабль целиком, вы отправитесь в путешествие».
В конце года Керлор увидел сон, который связал со Стедом. «Мне
снилось, будто я терплю кораблекрушение; вокруг множество барахтаю-
щихся людей (больше тысячи), и я (Стед) среди них. Я слышу их мольбы
о помощи».
Одна американка также почувствовала, что Стед умрет. Она написа-
ла в журнал «Лайт», что некий голос поведал ей: «Скоро придет время,
когда его позовут домой. Это случится в первой половине 1912 года». Спу-
стя несколько месяцев архидьякон Колли прислал Стеду письмо, в кото-
ром предсказывал гибель «Титаника».
Корабль был уже почти готов. Вскоре все сбудется — и видение Ро-
бертсона, и сон де Керлора, и предчувствие самого Стеда. Близился ап-
рель 1912 года; мистер Колин Макдональд отклонил предложение посту-
пить на службу вторым инженером «Титаника», так как ему казалось, что
с кораблем должно что-то случиться.
Работы были завершены. 10 апреля неуязвимый «Титаник» с 20 шлюп-
ками и водонепроницаемыми переборками был готов отправиться в пер-
вое плавание. Около 2500 человек забронировали на нем каюты. Одним
из них был У. Стед.
По непонятным причинам с 3 по 10 апреля несколько человек, вклю-
чая банкира Дж. Пьерпонта Моргана, сдали билеты. Многие объяснили
свой отказ тем, что не хотят отправляться в первый рейс. Конечно, не все
они являлись «сейсмографами», у многих не было никаких опасений от-
носительно путешествия.
23 марта 1912 года билет на «Титаник» заказал лондонский бизнес-
мен по имени Дж. Коннон Миддлтон. Мистеру Миддлтону приснился
крайне странный сон, гораздо более реалистичный, чем обычные сны.
Он увидел «Титаник», погружающийся под воду килем вверх, пассажиры и
команда плавали вокруг него. На следующую ночь ему снова приснился
тот же сон. Миддлтон не увидел себя среди барахтающихся в воде. Ему
казалось, что он пролетал по воздуху над местом катастрофы.
Миддлтона охватила паника. Он пребывал в апатии, потом впал в
депрессию. Но поскольку у него были неотложные дела в Америке, он не
отменил поездки. Банкир был человеком рационального ума и не верил в
вещие сны, пытаясь отмахнуться от навязчивого ощущения. К счастью,
его жизнь была все же спасена. Через четыре дня после первого сна он
получил телеграмму из Нью-Йорка, в которой ему предлагалось отло-
жить поездку на несколько дней. Еще до спуска корабля на воду он рас-
сказал о своем странном сновидении семье и друзьям, что они и подтвер-
дили впоследствии.
Предчувствовал ли человек, пославший телеграмму, гибель «Тита-
ника»? Как заметил доктор Баркер, предчувствие беды часто приходит
неосознанно и просто заставляет человека поступать таким образом, что-
бы отвратить несчастье от себя и своих близких. Это могло быть справед-
ливо в отношении тех пассажиров, которые внезапно, без видимых при-
чин, сдали свои билеты.
В среду 10 апреля, когда «Титаник» должен был отправиться в свой
первый рейс, парапсихолог В.Н. Терви предупредил, что «огромный лай-
нер будет потоплен». Затем он послал письмо мадам И. де Стейгер, в
котором сообщал, что корабль потонет через два дня. Письмо было опуб-
ликовано в журнале «Лайт» от 29 июня 1912 года.
Предостережение Терви осталось без внимания. Ясным солнечным
утром тысячи пассажиров, среди которых были полковник Джон Джекоб
Астор со своей молодой женой, стояли на палубе «Титаника», гордо отча-
ливавшего из Саутгемптона в Америку. Время предчувствий прошло, и
если у кого-то и сохранилось душевное неспокойствие, они попросту пы-
тались отделаться от него. Им предстояло увлекательнейшее путешествие
на самом величественном судне в мире, с палубами «размером с танцпло-
щадку», с «просторными каютами» и тремя ресторанами, а также с плава-
тельным бассейном, спортивным залом и медблоком с операционной.
Друзья, пришедшие проводить отплывавших, разделяли с ними вос-
торг. На крышах домов у набережной столпились местные жители, не
желавшие пропустить такое неординарное событие. Стояла тихая спо-
койная погода, дул слабый ветерок, и никто не думал ни о чем плохом.
Когда корабль миновал остров Уайт, члены семьи Джека Маршалла
стояли на крыше своего дома, наблюдая за ним. В воздухе висел легкий
туман, но «Титаник» было хорошо видно, и они с энтузиазмом размахи-
вали платками. Никогда прежде они не видели такого могучего лайнера.
Но настроение вскоре испортилось: миссис Маршалл схватил супруга за
руку и закричала: «Он потонет! Корабль потонет, не дойдя до Америки!»
Родные попытались успокоить ее, но она впала в истерику. Ей при-
виделся «Титаник», идущий ко дну, и тонущие пассажиры. «Не стойте
здесь, уставясь на меня, — кричала она, — делайте что-нибудь! Идиоты,
я вижу сотни людей, тонущих в ледяной воде! Неужели вы настолько чер-
ствы, что позволите им погибнуть?»
Когда корабль скрылся за горизонтом, миссис Маршалл все еще
продолжала восклицать: «Спасите их! Спасите их!» Картина трагедии по-
прежнему стояла у нее перед глазами.
«Титаник» должен был сделать еще две остановки — в Шербуре и
Квинстоне и взять на борт других пассажиров, прежде чем выйти в откры-
тое море. У одного молодого пожарника появилось предчувствие, что ко-
рабль утонет в Квинстоне. У. Стед, приглашенный в Америку на конфе-
ренцию по проблемам мира, отправил письма из Шербура и Квинстона, в
которых написал: «Меня что-то ожидает, какая-то важная работа, суще-
ство которой откроется мне в свое время».
14 апреля 1912 года. «Титаник» шел почти с максимальной скорос-
тью. Стояла спокойная, холодная ночь, море окутал густой туман, но
Атлантический океан был намного спокойнее, чем обычно. До Нью-Йорка
оставалось несколько дней пути, но никого не беспокоила дальняя доро-
га — по крайней мере, причин для волнений не было. Пассажиры только
что отужинали и покидали роскошный ресторан первого класса и более
скромные, но все же достойные рестораны второго и третьего классов.
Ужин был вкусным и обильным, и теперь путешественники расха-
живали по палубам или рассаживались в удобных шезлонгах поболтать.
Вечером священник преподобный Картер пригласил набожных путеше-
ственников присоединиться к нему в ресторане второго класса для вечер-
ней молитвы.
В Виннипеге, Канада, другой священник преподобный Чарлз Мор-
ган из методистской церкви Роуздейла просматривал дома тексты церков-
ных гимнов, отбирая те, которые будут петь на вечерней службе. Препо-
добный Морган почувствовал слабость и лег на диван. Постепенно он
погружался в транс. В его сознании возникло название гимна, и он вско-
чил, услышав слова: «Господи, мы просим тебя за тех, кто борется с пучи-
ной морской».
Преподобный Морган никогда прежде не пел этот гимн, и слова были
незнакомы ему. Но строки продолжали звучать в его сознании, и он ре-
шил включить гимн в список. Он отправился в свою библиотеку, нашел
ноты и взял их с собой в церковь. Вечером прихожане пели: «Господи, мы
просим тебя за тех, кто борется с пучиной морской».
В то же время в ресторане второго класса преподобный Картер вме-
сте с пассажирами пел гимн «За тех, кто борется с пучиной морской».
Кому не покажется странным, что этот гимн поют люди, находящиеся на
борту корабля посреди Атлантического океана? Но оба священника по-
чувствовали непреодолимую потребность спеть именно этот гимн. Пас-
сажиры на палубах тоже слышали печальные песнопения нестройного
хора.
21.30. Туман сгустился еще больше, и уже ничего не было видно впе-
реди. Подозревали ли певцы, что спустя два часа «Титаник» наткнется на
айсберг и за них и вправду придется молиться?
Это случилось очень быстро. 23.40. Сначала легкий толчок, потом
резкий звук, когда корабль врезался в айсберг, пробив пять водонепрони-
цаемых кают. Из котлов прорвался пар, машины заскрежетали и заглох-
ли. Пассажиры столпились на палубе, спрашивая, что случилось. Никто
не был встревожен. Они видели суетившуюся команду, но не понимали,
какая им грозит опасность.
Наконец было приказано спустить шлюпки и запустить сигнальные
ракеты. Медленно корабль накренился, а команда тем временем спешно
спускала шлюпки преимущественно с женщинами и детьми. Пассажирка
первого класса мисс Эдит Эванс поведала одному из спасшихся, что га-
далка как-то посоветовала ей остерегаться воды. Повинуясь какому-то
несознательно порыву, она уступила свое место в шлюпке другому пасса-
жиру, сама же позже утонула.
Корма корабля вздымалась по мере того, как нос уходил под воду.
2.20. «Титаник» под острым углом уходит в пучину, люди барахтаются в
воде, моля о помощи. Один из них — полковник Арчибальд Грейси, он
молил Бога о спасении, но уже в мыслях попрощался со своей семьей в
Нью-Йорке.
В тот момент жена Грейси внезапно проснулась. «На колени и мо-
лись», — велел ей голос. Она встала с кровати, открыла молитвенник, и
ее глаза упали на слова гимна «За тех, кто борется с морской пучиной».
Тут она поняла, что ее муж молится за нее. Она не спала до пяти утра,
убежденная, что произошло нечто ужасное.
В ту ночь другой женщине из Нью-Йорка приснился кошмар. Ей
снилось кораблекрушение, и ее мать сидела в переполненной лодке по-
среди океана. Женщина разбудила мужа и рассказала ему о своем сне, но
он заверил ее, что ее мать в полной безопасности в Лондоне и беспоко-
иться не о чем. Но сон был таким реальным, что она никак не могла
забыть его. Все было так, будто она сама была там, дрожащая, вместе со
своей испуганной матерью в шлюпке, и холодный воздух с солеными брыз-
гами обдавал ее лицо. И когда могучий лайнер погружался в воду, она
слышала отчаянные крики тонущих.
На следующий день она узнала о катастрофе и увидела имя своей
матери в списке пассажиров. К счастью, та спаслась. Приехав в Нью-Йорк,
она сказала дочери, что решила сделать сюрприз, поэтому не сообщила о
приезде. В тот момент, когда ее дочь проснулась от кошмара, ее мать
сидела в шлюпке, подпрыгивавшей на волнах, грозившей перевернуться,
и все ее мысли были сосредоточены на дочери.
Из 2207 пассажиров «Титаника» 705 были спасены лайнером «Карпа-
тия», 1502 погибли. По крайней мере в одном случае с У. Стедом предчув-
ствие беды не спасло человека. Скольким еще пассажирам явились виде-
ния, кошмары, голоса или что-то подобное? Неизвестно. Но если у кого-
то и были плохие предчувствия, их проигнорировали.
Более пятидесяти лет после гибели «Титаника» продолжались иссле-
дования предсказаний этой трагедии. Результаты одного из наиболее серь-
езных исследований представил доктор Ян Стивенсон из отделения пси-
хиатрии Университета Вирджинии в докладе, написанном для Американ-
ского общества психологических исследований. Стивенсон указывал на
то, что обнаружил огромное количество совпадений между реальной тра-
гедией и той, которую описал в своей книге Морган Робертсон. Это и миф
о непотопляемости, и сходство названий, и время катастрофы (апрель), и
длина и водоизмещение, и количество винтов и шлюпок, и число пасса-
жиров, и скорость судна, и сам айсберг, и огромное количество жертв.
Доктор Стивенсон рассмотрел девятнадцать примеров предсказаний,
сделанных за две недели до катастрофы в Англии и Соединенных Штатах,
Канаде, Бразилии. Предсказания по своему характеру напоминали вещие
сны, видения, информацию, полученную в состоянии транса, голоса и
различные формы предчувствий (тревогу, депрессию, страх и т. д.). В не-
которых снах и видениях трагедия изображалась со всеми подробностя-
ми; в других содержались лишь символы и намеки. Например, Миддлтон
увидел себя «парящим в воздухе прямо над местом кораблекрушения»,
это означало, что ему удастся избежать гибели.
Предположим, Центральное бюро регистрации предсказаний в Нью-
Йорке, а также лондонское бюро прогнозов были бы организованы до
1912 года. Вспомним, что в тот день, когда в свой первый и последний
злополучный рейс отправился «Титаник», мистер В.Н. Терви имел пред-
чувствие, что «огромный лайнер потонет». Затем он послал письмо ма-
дам де Стейгер, в котором рассказывал о своих тревожных мыслях, но
письмо было получено только 15 апреля, когда трагедия уже произошла.
Если бы тогда существовало бюро прогнозов, мистер Терви мог бы по-
дойти к своему телефону, снять трубку и назвать телефонистке нужный
номер.
«Здравствуйте, это мистер Терви. У меня сильное предчувствие, что
«Титаник» пойдет ко дну. Можете ли вы помешать спуску корабля на
воду?»
Предположим, что наше гипотетическое бюро возглавлял мистер
Питер Фаррингтон. Фаррингтон благодарит мистера Терви, записывает
дату, когда должна произойти трагедия, и различные детали. Он садится
вместе со своей помощницей мисс Джери Вестон и просматривает другие
предсказания относительно «Титаника». Достаточно ли их много, чтобы
начать беспокоиться?
Сигналы начали поступать за несколько месяцев до катастрофы.
Сначала их было немного, их даже не принимали всерьез. В некоторых
письмах и звонках только упоминалось слово «корабль» — и никаких под-
робностей и дат. Некоторым казалось, что произойдет несчастье, но где,
когда и с кем или чем — они не знали. Поступило несколько сообщений
о том, что в 1912 году в один день погибнут много людей. Больше не было
никаких фактов и деталей, указывающих на характер трагедии.
Также пришло несколько тревожных писем, касающихся одного из-
вестного джентльмена — У. Стеда, популярного писателя и редактора. В
июне 1911 года в бюро позвонил граф Гамон и предсказал Стеду смерть на
море в 1912 году. Несколько позже пришло письмо от мистера де Керло-
ра, в котором говорилось, что в результате кораблекрушения Стед погиб-
нет. В американское бюро написала девушка, сообщившая, что Стед ум-
рет в первой половине 1912 года. Приходили и другие письма — все пред-
вещали Стеду гибель на море — эта информация была получена в виде-
ниях, вещих снах, в состоянии транса, посредством голосов.
Некоторые корреспонденты, указывает мисс Вестон, такие как ма-
дам Кудон из Франции и мадам де Феррьем из Германии, преуспели в
прогнозах. Мистер Терви, мистер де Керлор, граф Гамон часто звонили в
бюро и высказывали свои опасения, и опасения эти чаще всего оправды-
вались, кроме того, обычно все трое предсказывали одно и то же событие.
Бюро, прежде чем поднимать тревогу, учитывало два фактора — число
предсказаний, указывающих на одну и ту же трагедию, полученных за не-
большой отрезок времени, и наличие сигналов от заслуживших уважение
ясновидящих, контактирующих с бюро.
...Снова звонит телефон. Еще один человек предсказывает гибель
«Титаника». Затем еще звонок, еще и еще, без перерыва. Мисс Вестон
вскрывает почту, и почти в каждом письме — предупреждение относи-
тельно «Титаника». Что это, массовая истерия, суеверный страх за ко-
рабль, который первый раз выходит в море? Или это откровение, сошед-
шее на людей, наделенных необыкновенной чувствительностью, разоб-
лачающей будущее? Может, от «Титаника» исходит какая-то темная не-
добрая энергия и настроенные на ту же волну люди способны улавли-
вать ее?
Теперь картина будущего проясняется, детали обрисованы достаточно
четко, все герои в фокусе. Со всей Англии поступают письма, звонят встре-
воженные люди: «Не допускайте, чтобы «Титаник» отправился в путь...
видение, чувство... я слышал голос... я знаю, произойдет что-то ужасное...»
Вот письмо от священника, он слышал пение хора: «За тех, кто борется с
пучиной морской...»
«Титаник» вот-вот будет спущен на воду. Мистер Фаррингтон и мисс
Вестон спорят, что делать. Должны ли они действовать и немедленно
связаться с министерством транспорта?
Тем временем в Нью-Йорке, в офисе «Геральд экспресс» царит су-
матоха. Стол мистера Роберта Белсона, в 1909 году организовавшего Цен-
тральное бюро регистрации предсказаний, завален письмами и телеграм-
мами, во всех — «Титаник», «Титаник», «Титаник»... В нескольких пись-
мах, включая одно из Канады, описываются сны и видения, в которых
фигурирует малоизвестный церковный гимн «За тех, кто борется с пучи-
ной морской».
Мистер Белсон со своей ассистенткой мисс Ленси собираются не-
медленно послать телеграмму в лондонское бюро, а также попросить го-
сударственный департамент в Вашингтоне связаться с американским по-
сольством в Лондоне. Тем временем чуть ли не весь штат газеты смеется
над ними. Тупоголовый главный редактор и репортеры советуют не выс-
тавлять себя на посмешище и не пытаться препятствовать спуску на воду
«Титаника».
Мистер Белсон объясняет, что это неординарный случай. Что он
получил слишком много сигналов и не может игнорировать их. Если что-
то случится с «Титаником», он никогда не простит себе нерешительнос-
ти. В конце концов, именно затем и было организовано бюро — чтобы
попытаться предотвратить беду.
Один нахальный молодой репортер замечает, что, если «Титаник» не
отправится в рейс, предсказания не будут предсказаниями в полном смыс-
ле этого слова, потому что ничего не случится. Откуда мы узнаем, какая
судьба ожидала «Титаник»? Мистер Белсон терпеливо разъясняет, что пре-
дыдущие случаи доказали, что будущее можно менять — это не раз и на-
всегда установленная неизбежность, а результат человеческого выбора. Но
это уже философский вопрос — вечный спор о детерминизме и свободной
воле. Нельзя терять времени, если мы хотим спасти «Титаник».
Белсон снял трубку и послал телеграмму в Лондон, затем позвонил
в государственный департамент в Вашингтоне. Он разговаривал с тремя
секретарями и двумя специалистами по связям с общественностью, кото-
рые были с ним вежливы, но весьма недвусмысленно дали понять, что
они считают его сумасшедшим. Белсон, расстроенный, повесил трубку.
Времени почти не оставалось.
В Лондоне Фаррингтону наконец удается дозвониться до министер-
ства транспорта. Услышав фантастический рассказ возбужденного чело-
века на том конце провода, чиновник из министерства усмехается.
«Дорогой мой, с вашей стороны очень мило, что вы позвонили, но
мы не можем действовать, руководствуясь какими-то предчувствиями или
как там вы их называете».
Фаррингтон принимается убеждать его, рассказывая, что другие пред-
сказания, присланные в бюро, сбылись.
«Например, вспомните пожар в...»
Чиновник резко обрывает его, говорит, что ему некогда выслуши-
вать этот бред, и вешает трубку. Мистер Фаррингтон в бессилии опускает
руки.
«Титаник» уходит в рейс точно по расписанию.
Возможно, все происходило бы иным образом. Еще до 1912 года было
известно несколько проигнорированных предсказаний — и к моменту
спуска «Титаника» на воду правительство относилось к бюро с большим
уважением. Министерство транспорта связывается в срочном порядке с
Саутгемптоном и просит отменить рейс.
«Уайт стар лайн» в бешенстве. Что это за чушь? Миллионы фунтов и
месяцы работы ушли на строительство корабля. Билеты зарезервировали
около 3000 пассажиров. Все это надо пустить коту под хвост только из-за
нескольких полоумных, которым приснились идиотские сны?
«Повторяю, сэр, — говорит чиновник «Уайт стар», — «Титаник»
непотопляемый, да, сэр, непотопляемый. — Он снова приводит характе-
ристики судна »
Министерство транспорта настаивает на своем. Бюро прогнозов до-
казало свою состоятельность. «Титаник» не выйдет из порта.
«Титаник» остается в Саутгемптоне, его судьба меняется. Разочаро-
ванные пассажиры покидают борт корабля, таща за собой багаж. Им воз-
вращают деньги, они отправляются по домам расстроенные и даже серди-
тые. С ними обошлись по-свински, многие угрожают судом. На следую-
щий день в трех лондонских газетах появляются статьи, обличающие пра-
вительство, погрязшее в средневековых предрассудках.
Наконец, через полгода или год, после того как было сделано не-
сколько усовершенствований, удовлетворивших правительство, «Титаник»
отправляется в рейс На этот раз сигналов тревоги не поступает или по-
ступает ничтожно мало. Миссис Маршалл, наблюдающая, как велико-
лепный лайнер бороздит воды Ла-Манша, освещенный ярким солнцем,
восторженно машет платком вместе с другими членами семьи, и ей явля-
ется видение Она видит, как корабль гордо причаливает в нью-йоркской
гавани, минуя статую Свободы, и американцы приветствуют его.
Возможно, тогда «Титаник» невредимым добрался бы до пункта на-
значения Или он столкнулся бы с айсбергом в другой раз. Тогда, вполне
вероятно — ведь будущее изменилось, — он получил бы лишь незначи-
тельные разрушения и продолжил бы свой путь.
Целью этого пространного фантастического рассказа была попытка
убедить людей, что если бы большинство знало о существовании бюро
прогнозов, то при наличии не сотен, а даже тысяч предсказаний, указыва-
ющих на конкретную трагедию, беды удалось бы избежать. Самолеты,
поезда, корабли, даже космические, не отправились бы в путешествие, в
которое их манил злой рок. Пожары, наводнения, взрывы, обвалы мостов
и зданий — жертв могло и не быть.
Гибель «Титаника» не будет напрасной — если мы осознаем, что
будущее шествует где-то рядом с настоящим и готово прорвать времен-
ные границы, когда человечеству угрожает беда.
|
