|
ДВОРЦЫ И КРЕПОСТИ В ПЕСКАХ ХОРЕЗМА
Расположенный в низовьях Амударьи Хорезм занимал особое положение в древней истории Средней Азии. Эта выдвинутая на север, в глубь степей страна еще в IV веке до н.э., до походов Александра Македонского, отделилась от державы Ахеменидов. Зимой 329/328 гг. до н.э. хорезмийс-кий царь Фарасман явился к Александру Македонскому для переговоров, предлагая союз и дружбу.
Наряду с Греко-Бактрией и Парфией Хорезм являлся одним из важнейших культурных центров Средней Азии. Здесь довольно рано сложилась развитая городская культура. Отделенный от Греко-Бактрии и Парфии песками пустынь, Хорезм остался вне сферы досягаемости их воинственных царей. В то же время довольно тесными были связи Хорезма с кочевыми племенами Казахстана и Южной Сибири.
Богатейший материал по истории древнего Хорезма дали раскопки в Топрак-Кале — прославленном археологическом памятнике, расположенном на правом берегу Амударьи. Исследования Топрак-Калы, начатые еще в конце 1930-х гг., велись советскими учеными (СП. Толстовым и другими) на протяжении нескольких десятилетий.
Во 2-й половине III — начале IV в. Топрак-Кала являлась резиденцией хорезмийского царя. Обширный замок, занимавший площадь 500x350 м, был обнесен валом и крепостными стенами с башнями. Через всю его территорию пролегала широкая (до 10 м) парадная магистраль. Четкая сеть продольных и поперечных улиц делила город на правильные кварталы. В северо-западном углу располагался огромный трехбашенный царский дво-Рец, сооруженный на кирпичной платформе 12-метровой высоты. Это была постройка, не имевшая себе подобных ни в Хорезме, ни в Средней Азии вообще.
По первоначальному замыслу строителей дворец был квадратным в пла- j не, со сторонами длиной в 80 м. Чуть позднее к основному зданию были« пристроены три квадратные башни, каждая размером 40x40 м. В результате | получилась чрезвычайно величественная и оригинальная композиция.] Высокие и глухие наружные стены придавали всему дворцовому ансамблю I вид суровой и неприступной твердыни.
В центральном корпусе топрак-калинского дворца располагалось мно-; жество различных — жилых, парадных, хозяйственных и подсобных — по- \ мещений, часть из которых занимали два этажа. Все эти помещения четкой делились на несколько самостоятельных комплексов определенного назна-J чения, отделенных друг от друга мощными стенами. Среди руин археологи! обнаружили более ста хозяйственных документов, сделанных арамейской! письменностью на хорезмийском языке.
Многие комнаты дворца были украшены настенными росписями и глиняной скульптурой, но особенно выделялся своим убранством огромный (до 280 кв. м) центральный парадный зал — «Зал царей», вдоль ярко расписанных стен которого стояли глиняные статуи хорезмийских правителей — каждая размером вдвое больше натуральной величины. К сожалению, эти скульптуры сохранились только в обломках. Среди фрагментов торсов, рук, ног, голов не уцелело ни одного лица — видимо они были намеренно уничтожены кем-то из завоевателей. О том, что эти статуи олицетворяли именно царей, свидетельствуют находки двух скульптурных корон, известных по изображениям на монетах.
Каждого царя, изображенного сидящим, окружали стоящие фигуры женщин — цариц и принцесс, мужчин — принцев и приближенных вельмож и детей. Настоящая «портретная галерея»! Впрочем, и от этих скульптурных портретов до нас дошли лишь две сильно поврежденные головы — женщины («супруги царя Вазамара») и юноши-принца. Несмотря на повреждения, в их облике заметно стремление скульптора передать индивидуальные черты изображаемых им лиц.
Не менее интересным и богатым было убранство «Зала воинов». Это обширное (около 60 кв. м) помещение также украшала глиняная скульптура. Однако планировка и устройство «Зала воинов» полностью повторяли обычные для топрак-калинского дворца планировку и устройство жилых помещений. Это позволило ученым предположить, что «Зал воинов» служил царской опочивальней. У одной из стен «Зала воинов» был устроен очаг-камин. В нишах вдоль стен стояли большие глиняные статуи царей, а в промежутках между ними, на специальных подставках — фигурки воинов с оружием в руках.
Еще одно парадное помещение топрак-калинского дворца получило у археологов название «Зал танцующих масок». Убранство этого зала было посвящено культу Диониса — древнегреческого бога вина и веселья, попу-
лярного не только в античном мире. Украшавшие стены зала барельефы изображали вакхические танцы. Возможно, танцующие были в дионисий-ских масках — при раскопках археологи нашли голову одного из персонажей с длинной черной бородой и козлиными ушами.
Относительно небольшой, но богато отделанный «Зал оленей» получил свое название из-за украшавших его глиняных рельефов с фигурами пасущихся ланей, переданных почти в натуральную величину. Судя по уцелевшим остаткам раскраски, лани были коричневого цвета, а фон — синего. Изображения ланей дополняли деревья, обвитые виноградными лозами, ветви с плодами гранатов.
Комнаты меньшего размера — вероятно они являлись жилыми — украшала многокрасочная стенная живопись. Одно из таких помещений получило название «Зал арфистки» — по найденному здесь изображению молодой женщины с арфой. Другая комната («Зал червонных дам»), вероятно входившая в комплекс помещений гарема, была украшена изображениями женщин на светлом фоне, покрытом красными сердечками.
Если топрак-калинский дворец с уверенностью можно считать царской резиденцией, то назначение древнехорезмийского комплекса в Кой-Крыл-ган-кале в полной степени еще не определено. Это обширное городище, расположенное на правобережье Амударьи, в 22 км к северо-востоку от каракалпакского города Турткуля, привлекло к себе внимание археологов еще в 1938 году. Первые раскопки в Кой-Крылган-кале вела Хорезмская экспедиция под руководством СП. Толстова. После Великой Отечественной войны исследования продолжились, и в 1951—1957 гг. этот памятник был полностью раскопан.
Загадочное сооружение в Кой-Крылган-кале было возведено в IV—III вв. до н.э. После первого этапа его существования и функционирования последовало длительное — вплоть до рубежа эр — запустение. Затем сооружение вновь «ожило» и просуществовало до IV века н.э.
На первом этапе ансамбль Кой-Крылган-калы представлял собой круглое двухэтажное здание диаметром 44,4 м. Его окружала оборонительная стена с девятью башнями, расположенными на равном расстоянии друг от Друга. В одной из башен находился вход со сложной системой переходов, выводящих в итоге сразу на второй этаж центрального здания, где располагалась круглая открытая площадка. Первый его"этаж занимали две изолированные группы помещений по четыре комнаты в каждой. Возможно, комплекс в Кой-Крылган-кале был связан с погребальными обрядами: помещения нижнего этажа предназначались для захоронения останков хорезмийс-кого царя и его супруги, а площадка на втором этаже — для предназначенного к сожжению погребального инвентаря
Ряд исследователей полагает, что сооружение в Кой-Крылган-кале являлось не только гробницей, но и храмом, посвященным культу обожествленного царя. Здесь, вероятно, производились также астрономические на-
блюдения. И всем известные замечательные достижения средневековой среднеазиатской астрономии имели, видимо, своим далеким истоком те наблюдения, которые делались в таких сооружениях, как хорезмийская Кой-Крылган-кала.
|
